Евгений Бутенко | Evgeny Butenko
Родился в Кишинёве в 1979 году. В младенчестве лишился родителей и воспитывался бабушкой Тамарой Мефодиевной Бутенко, заслуженным учителем-методистом Республики Молдова.

Учился в английском лицее Руссо и в Славянском Университете на факультете русского языка и литературы и английского языка. Окончил художественную школу у преподавателя Натальи Алексеевны Васильевой, дочери знаменитого молдавского живописца.

В Кишинёве вместе со своими друзьями: художником Иваном Дубягой и поэтом Пашей Павловым создал группу "Мураведник", занимавшуюся примитивной звукозаписью альбомов и стихийными перфомансами. Создавал графику (тушь и перо), что вместе с коллажами и живописными работами нашло отражение в первой персональной выставке "Круг памяти Ботичелли" 2001 года в галерее Ирины Грабован "Арт-аорта". Цикл "Графический дневник" был представлен под музыку "Мураведника" и чтение своей книги "И" в окружении нескольких трупиков и черепов птиц и мелких животных, сломанной бытовой техникой и предметами кишинёвского быта, вышедшими из употребления.

В 2008 году переезжает в Россию, уничтожая при этом все свои старые работы.
Сначала живёт два года в Петербурге, работает в книжном магазине и не занимается творчеством, а затем, продав квартиру в Кишинёве, поселяется в посёлке Осьмино Лужского района Ленинградской области. Отрезвляющая первоначальный романтизм жизни в деревне реальность русской глубинки и впечатления от последующих поездок в город на выставки нашли своё отражение в циклах работ, сделанных за 11 лет жизни там. Работа скотником на ферме, на постройках овчарен, сараев и ремонтах квартир, общение с трудовым русским народом легли на плодородную почву и породили огромное количество сюжетов и образов.

С 2021 года живёт и работает в Петербурге, продолжая рисовать.

"Наверное самые важные события в моей жизни - это впечатления от разнообразных форм понимания красоты. Они, безусловно, лежат и в основе самого факта моего существования, моей жизни, которую я считаю и учителем, и мучителем, и чем-то абсолютно невыразимым и непостижимым. Но если говорить о так называемых влияниях, то под ними я всегда понимал и ощущал нечто вдохновлявшее меня делать картины, объекты, рисунки, писать тексты, записывать музыку, и, я так думаю, это было у всех. Ты это не выбираешь, это выбирает тебя.

Мне всегда казался текст неполным без изображения, и изображение - неполным без текста. Нравилось то, с чем я не мог согласиться, но это меня притягивало, даже в силу своей отталкивающей идеологизированности, например, советская карикатура,а поэзия сюрреалистов мне казалась незавершённой без зримых, нарисованных образов. Основанные на стильной технике и выразительной образности рисунок, картина, объект или скульптура без текста почему-то казались мне подменой истинного действия, как будто кто-то делает вид, что все люди понимают друг друга без слов, а это не так".

////


Выставки